Re:?

(no subject)

В Воронеже в последнее время я часто болею. Болезни - то, что в школьные годы педиатр именовала ОРЗ и давала справочку на 2-3 дня.

А к чему я это? Дело в том, что история тех школьных болезней получила свой логический конец - к концу 7-го класса после скандала таки устроили приличное обследование меня и обнаружили в итоге всякие рубцы на легких, что объяснили тем фактом, что я перенес воспаление легких на ногах и моя милая педиатр допустила профессиональное преступление. Что с ней было - я не знаю, вскоре я вырос до состояния хождения во взрослую поликлинику. Суть же в том, что по итогу диагноза меня лечили уколами, УВЧ и еще чем-то и болеть часто я перестал. Дальше болезни стали обычными, сильными, резкими, далеко не всегда и вообще редко. В общем, лишь тогда, когда попадался особо крепкий грипп. В общем, не болел я практически очень долгий период. Ну, раз в год, может быть, от силы.

А к чему я это? Да к тому, что в то примерно время у нас в классе появился новый человек - парнишка (почему-то мальчишкой его было трудно назвать) с солнечного города Тбилиси. Соответствующей национальности. Парень он был неплохим, общительным, по-русски говорил неплохо, а причина его появления в не менее солнечном Самарканде была проста. У парня был порок сердца и врачи рекомендовали его родителям сменить проживание в Тбилиси на проживание в Самарканде. И они все дружно переехали. Был это 86-й год.

А к чему это я? Да к тому, что сейчас парень спустя какое-то время быстро втянулся в ряды золотой молодежи нашей школы, не взирая на порок сердца, а его прикид и уровень расходов говорили четко о том, что семья его не бедствует. Однако однажды он посетовал, что жизнь в Самарканде - это совсем не то, что жизнь в Тбилиси, т.к. там папа ему каждое утро давал на карманные расходы 15 рублей, а тут - только 3 рубля. Чтобы понять эту ситуацию скажу, что я тогда получал каждый день 20 копеек. Расходоваться они должны были примерно так: 15 копеек - "чайное пирожное" и 5 копеек - компот - цены школьной столовой. На дорогу не выдавалось, потому что до школы было пол маленького квартала. Можно было купить 2 коржика и компот, тогда в экономии оставалась 1 копейка. Но это конкретное пирожное было вкуснее, поэтому я иногда его покупал. Иногда - потому что большую часть денег я складывал в пустую банку из-под голландского пива, в целях накопления на магнитофон. Я проводил оценочные расчеты, когда мои накопления принесут мне желаемое, это было очень долго, но я верил, что мне удастся увеличить приход денег за счет других источников.

А к чему это я? После восьмого класса я пошел работать в летний период на завод КИНАП, где научился ловко забивать гвозди с одного удара, изготавливая ящики для киноаппаратуры и всяких военных приборов. Хотел пойти монтажником, т.к. паять я умел и держал дома изрядную радиомастерскую, но в монтажники можно было попасть только по большому блату, т.к. там можно было таскать радиодетали. Заработал я за то лето не много, около 120 рублей. Как плюсы вынес кроме денег - опыт советского производства и роль мастера, закрывающего наряды в этом процессе, а так же важность дружбы с ним, умение ловко стучать молотком, кучу гетинакса и стеклотекстолита, который тоже были дефицитом, а в нашем цехе нарезались и обрезки валялись в изобилии.

А к чему я это? По итогу моего летнего трудового лагеря отец спросил меня, сколько у меня всего денег? Накопил я около 40 рублей, плюс заработанное, плюс рублей 25 с леваков. Он добавил недостающее и я купил магнитофон, который быстро стал полигоном для моих радиолюбительских экспериментов. Он жив до сих пор и если бы я не растерял кучу кассет, его можно было бы даже включить. А так - стоит как памятник. Продолжать заниматься тыканьем паяльником в платы я перестал - сменились интересы, а итоговым пиком увлечения была должность начальника ускорителя (начальника Чукотки, как называли в институте эту должность). Говорят, ускоритель до сих пор работает и большей частью - на том самом "втором режиме", который запустил на нем я в разваливающемся институте в 96-м году, несмотря на то, что это пытались сделать с 82-го года. В общем, я молодец и от скромности мне умирать не следует. И фиг с ним, что сейчас, когда высыхает в корейском ТВ-ящике дома конденсатор, я не могу найти дома ни одной радиодетали, хотя паяльник у меня до сих пор есть. Я же сказал - сменились интересы, а радиодетали остались россыпью на полу лоджии в Самарканде, когда контейнер был уже отправлен, а мы последний раз посмотрели на квартиру и заперли дверь.

А к чему это я? Да вот подумалось, что все-таки в Воронеже плохой климат. Тяжелый для человека, привыкшего к другому, к такому, где много солнца и сухой воздух. Это понималось логически там, но в душу не западало. А тут вот жизнь примерами доказывает. Болеть я стал примерно через год или полтора пребывания тут.

А к чему это все? Да к тому, что одним из плюсов жизни в Союзе была возможность сменить себе место проживания исходя из требований твоего здоровья или здоровья близких. А сейчас это сделать гораздо труднее. И это не может не огорчать.
Главное - сильно захотеть.
Знаю несколько семей, которые переехали в Узбекистан с России в течение последних пяти лет.
Слушай, а может тебе действительно - к морю поближе?
Я вообще-то всегда считал Воронеж теплым местом...
Re:
Я ведь не про теплоту. Морозы я переношу нормально. А болею я тут даже летом. Так что это про климат вообще. Он тут гнилой. Учитывая, что климат в Дубне проблем не вызывал, а был он много холоднее - дело вообще не в географии. А в конкретном месте.