Re:?

Из мороженого: 09.12.03 17:56 Ностальгия - 00

Светлой памяти поезду №24, которого теперь больше нет.

Осенью 94-го я поехал в Дубну. В принципе - ничего примечательного, если бы просто не тот факт, что многое в этой поездке со мной было практически впервые. Например, впервые я куда-то ехал поездом. Не то, чтобы поездки и путешествия были для меня редкостью, но были времена, когда я даже до Ташкента мотался исключительно самолетом, а тут, вдруг - поездом, да еще целых три дня. Это было приключение, и это было это интересно. Посему я не возражал. Благо, осень октябрь, не жарко, но и не холодно.

А дальше началась правда жизни. На дворе стоял 94-й и что бы не говорили, это был далеко не лучший год. Неделя, как громыхнул "черный вторник", нас, в Узбекистане он тоже не оставил в стороне. Но то, что я видел, не объяснялось никакими вторниками, это просто была жизнь такая. Я не прошел по перрону и не отдал свой билет приветливому проводнику, в вагон я продирался через толпу, закидывая чемодан через окно. Внутри вагон был похож на побывавший в отступлении 41-го года. Пластик был изрядно ободран, двери не закрывались (потом мы долго мудрили с проволокой, пытаясь ее укрепить). Серое белье, драные наволочки. Но - все это не могло перебить предвкушение путешествия и дальней дороги.

По поезду и купе бегал слух, что из нашего вагона только что забрали парня, пытавшегося сбежать от армии в Россию, позже я выяснил подробности, потому что мои попутчики имели к этой истории непосредственное отношение. А пока - поезд тронулся, мимо замелькали родные переулки Самарканда, видимые в этот раз с необычного ракурса - задворков. Еще медленно, но все ускоряясь так же проплыли кишлачные пригороды, башни мелькомбината, появилась слева бухарская трасса, Чархин с таможенными постами, а потом стало скучно до самого Каттакургана и я стал располагаться и знакомиться с попутчиками.

Купе было занято все. Со мной ехали: девушка, девочка и парень неопределенного возраста. Усталое, постаревшее лицо последнего (этакий классический типаж а-ля Бутусов) явно говорило, что как минимум, на травке он сидит. Все - русские. Ну, да и славно.

Самарканд - город маленький, поэтому вдруг все, как оказалось, знают если не друг друга, то уж общих знакомых имеют - точно. В частности, девушка и парень были друзьями детства с одной улицы, при этом одноклассники моего соседа и друга детства, а так же соседи другого моего друга и моего тезки. Девчонка была племянницей девушки и ради нее вся поездка и была затеяна - ее надо было доставить в Москву к родителям, а Марина (старшая) - ее сопровождала по причине времен веселых и опасных. Парень (кажется - Сергей) ехать не должен был, но в купе должен был быть еще один человек, тот самый, которого сняли с поезда, а без него двух особ женского пола решено было не отпускать. Вот и довелось Сергею тоже ехать в Москву, хотя с утра, пока пил чай, он собирался идти на работу, на стройку, и соответствующим образом экипировался - в потертый спортивный костюм.

А тут к нам пришли таможенники. Времена, как я говорил, тогда были другие, осознания, что великая и могучая "страна моя родная" нарезана на кусочки у большей части людей еще не было. Ну а что? Вот, у меня в кармане красный, советский, паспорт, еду в командировку в Дубну, а в универе, на всякий случай, мне даже сделали допуск по второй форме, бо положено так и никто не думает или не дает себе смелости думать, что теперь вторая форма Республики Узбекистан на фиг не нужна в Российской Федерации, а, даже, возможно, и вредит.

Зато таможня и погранцы свое дело уже знали хорошо и обстоятельства понимали четко. Меня они проигнорировали сразу, как только посмотрели паспорт, билет, командировочное и задали вопрос о цели поездки. Я был им не интересен и даже вреден. А вот попутчики полностью соответствовали типажу "их можно брать". Во-первых - парень. По нему же все видно. Его и трясли. Но он был чист. Тогда девушек. Нервные хихиканья при разборе сумок и дурацкие вопросы типа: "Это что?" держа в руках кружевные трусики. Тьфу. Быдло.

Но не нашли ничего, а план горит и поезд едет. Попрощались и ушли в соседнее купе. Я же пошел курить и смотреть на пейзажи за окном, благо, что подъезжали к каттакурганскому водохранилищу, а я, заядлый рыбак, не мог не поглядеть, как там оно, родное. А потом - улицы Каттакургана, избеганные пацаном в начале 80-х, короткая остановка на знакомом, но уже переделанном вокзале и все, дальше ранее не виданные, но вполне типичные пейзажи дороги на Навои и Бухару.

Сидели в купе и болтали, ходили курить по очереди, по ходу дела обсуждая возможность курить прямо в купе, но сошлись, что пока - рано, а потом можно будет с проводниками договориться. От сигарет и была проблема.

Я вляпался на том, что вышел с сигаретой из туалета и сразу наткнулся на мента. Обычного такого мента. А он наткнулся на меня, посмотрел, оценил (я уже был в спортивном костюме) и сказал: "Пошли!".

- Куда? - спросил я.
- А ты знаешь, за сколько секунд сгорает вагон от сигареты? - мент решил выбрать этот вариант.
- Не-а, не знаю. И за сколько?
- За 17 секунд! - твердо меня уверил он.

Я, разумеется, тут же внимательно осмотрел окружающий меня вагон и ему не поверил, о чем тут же и сообщил. Его это удивило, и он с пущей настойчивостью, потащил меня в купе проводников. Там спросил паспорт, после чего узнал, что паспорт у меня в купе. О! Это была причина. Он не хотел идти в купе, он хотел создать проблему и я без паспорта посреди вагона - это была хорошая проблема. Проводник, правда, делал ему намеки, что не надо мне делать проблемы, потому что проводник был опытный и уже все про меня понял, но мент был очень увлечен. он собрался меня забирать для дознания на ближайшей станции, а таковая была - Бухара.

Мне не хотелось выходить в Бухаре, так как ломалась командировка, а потом еще звонить в Самарканд фиг его знает, как, а вещи мои будут все это время ехать в Москву, и хрен поезд догонишь, хотя мент, конечно будет стараться, куда ему деваться... Об этом я ему и сказал. Он не поверил. Я сказал, что если в таком духе все пойдет, то он скоро во всем убедится. Тогда он принял решение простое и логичное: "Давай денег!".

- Сколько?
- 1000 сум! Штраф!
- Нету столько. - я уныло пожал плечами.
- В Россию едешь, российский давай, доллар давай!
- И этого нету. Меня там машина встречает на вокзале, а деньги я в Дубне получу. - я был сволочь и нагло врал. Но неуверенность в его глазах я уже видел и партию в принципе выиграл.
- А сколько есть?
- 43 сума и копейками что-то.
- Блин! Ладно, давай, а то выходить уже пора, вона, Бухара подъезжаем.
И ушел, забрав 43 сума сколько-то там тийин и початую пачку сигарет. Тут можно было бы рассказать о типичных нравах служителей порядка в Азии, о отношении к мзде, о смысле и философии жизни не только гаишников и милиционеров, но и всякого типичного затюканного обстоятельствами азиата, для которого получение подачки есть не унижение своей чести, а нормальная практика, можно рассказать случай про гаишников из Казахстана, но... Не сейчас. Ведь я хочу рассказать о Дороге, зачем отвлекаться на столбики вдоль нее.

А за окном поезда теперь плыла степь и где-то вдали была обещанная граница, первая госграница, которую я буду пересекать в своей жизни. Степь была выжжена летней жарой, желтые редкие кустики и плеши солончаков в свете начинающего заката. Поезд то уверенно набирал ход, раскачиваясь в стремлении на юг, то полз еле-еле, проходя участки толи аварийной, толи ремонтируемой дороги. Вагон скрипел всеми своими рахлябанными внутренностями, незапирающуюся дверь мотало и открывало. Я валялся на койке и грыз арахис с кишмишом, смеси которых у меня был целый громадный мешок, читал Эдичку Лимонова, по вагону разносился аромат дынь (поезд был битком ими набит во все щели, дыни вез и я – пять штук, подарки).

И, только в этот момент, у меня появилось ощущение дороги, странствия и, через это - уюта купе.
  • Current Music: The Wall - Hey You